Марголина Татьяна Ивановна

Профессор Пермского государственного национального исследовательского университета, член Пермского краевого отделения Международного историко-просветительского, благотворительного и правозащитного общества "Мемориал"

Какие вопросы волнуют меня и что я предлагаю для обсуждения в Совете по правам человека?

Действующая Конституция Российской Федерации определяет как национальную систему гарантий соблюдения и защиты прав человека, так и участие нашего государства  в международной системе защиты прав человека. Права человека – понятие наднациональное, именно на международном уровне стандарты прав человека создаются и контролируются государствами, (в том числе, и Российской Федерацией).

29 января 2020 1209 просмотров

28 января в Совете по правам человека обсуждали вопрос об участии Совета в обсуждении конституционной реформы. Обсуждение было бурным, заинтересованным, далеко не однозначным, тем важнее было принятое решение о создании рабочей группы совета по подготовке текста Экспертного заключения по предложенным поправкам в Конституцию РФ с правозащитной точки зрения. Предполагается подготовленный текст экспертизы направить в Рабочую группу по подготовке предложений о внесении поправок в Конституцию, созданную Президентом РФ.

Какие вопросы волнуют меня и что я предлагаю для обсуждения в Совете по правам человека?

Действующая Конституция Российской Федерации определяет как национальную систему гарантий соблюдения и защиты прав человека, так и участие нашего государства  в международной системе защиты прав человека. Права человека – понятие наднациональное, именно на международном уровне стандарты прав человека создаются и контролируются государствами, (в том числе, и Российской Федерацией). Международным институтам  дано также право толкования  понятия прав человека ( его нарушения, например) со стороны конкретного государства. И если у человека возникает спор с государством о нарушении его прав ( а государство с этим не соглашается), именно международные институты ( Европейский суд по правам человека, Совет по правам человека ООН, Верховный комиссар по правам человека и др) призваны стать арбитрами в этих спорах человека и государства. 

Обращаю внимание на то, что несмотря на заявление Президента РФ Путина В.В, о незыблемости части Конституции, гарантирующей соблюдение прав и свобод человека и гражданина в РФ, тем не менее, статья 79 в новой её редакции может быть использована в правоприменительной практике как ограничение международной защиты прав человека. («Решения межгосударственных органов, принятые на основании положений международных договоров Российской Федерации в их истолковании, противоречащем Конституции Российской Федерации, не подлежат исполнению в Российской Федерации»). В статье 51 пункт «б» практически  представляется механизм реализации предлагаемой нормы Конституционным судом Российской Федерации. К примеру, Европейский суд принимает решение в пользу гражданина России, с чем Российская Федерация не согласна, но данный спор рассматривается не на международном уровне,  не через специальные процедуры Европейского суда, а  рассматривается в одностороннем порядке на национальном уровне. Степень защищённости граждан России в такой конфигурации, очевидно, уменьшится.

 Предлагаемые дополнения в статью 79  вступают в противоречие с текстом статьи 15, пункт 4, статьи 46, пункт 3 (о составной части  правовой системы   Российской Федерации общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров, и о праве каждого обращаться в межгосударственные органы по защите  прав и свобод человека). На мой взгляд, это требует либо устранения  самой  поправки, либо такой её редакции, чтобы исключалась любая возможность переноса этой нормы на систему международной защиты прав человека.  

 Мне не совсем понятны также дополнения  в статьи, касающиеся органов местного самоуправления. Объяснения о дополнительных гарантиях финансирования МСУ при выполнении ими государственных функций выглядят странными, так как эта норма уже есть в действующей Конституции. Местное самоуправление в нашей стране обеспечивает самостоятельное решение населением вопросов местного значения (ч.1 статьи 130), предлагаемое же дополнение (часть 3 в статью 132) вводит противоречие между концепцией самоуправления на местном уровне и концепцией единой вертикальной власти.  (Предлагаемый текст: «Органы местного самоуправления и органы государственной власти входят в единую систему публичной власти в Российской Федерации…». От имени кого будут выступать органы местного самоуправления - от населения или от органов государственной власти? Нет ли здесь ограничения права граждан на осуществление местного самоуправления? Это требует дополнительной экспертизы   на национальном уровне,  а также   на соответствие этих дополнений сути Европейской Хартии местного самоуправления, ратифицированной нашей страной.

 Татьяна Марголина – профессор Пермского государственного национального исследовательского университета.