Брод Александр Семенович

Председатель координационного совета общероссийской общественной организации "Юристы за права и достойную жизнь человека"

Из списка без писка

9 марта 2023 453 просмотра Позвонили из информационного агентства: «Вы включены в санкционный список Евросоюза. Прокомментируете?» Дежавю. 2014 год. Санкционный список Украины после окончания победного референдума о присоединении Крыма к России. Помню нескончаемые очереди на избирательные участки, ликование на улицах и площадях Симферополя, когда огласили предварительные итоги. Этого свободного выбора «светочи демократии» не простят. Помимо экономической блокады была спровоцирована, по сути, гуманитарная катастрофа: перекрыта вода на полуостров. Толерантные господа включили санкционно-списочный конвейер. Наряду с крымскими властями и организаторами референдумов в списки «недругов» попали международные наблюдатели, в том числе и мы – российские правозащитники. Потом нам припомнят референдумы на Донбассе, за ходом которых мы тоже наблюдали.

Тогда в Донецкой области были найдены могилы замученных и закопанных заживо, тех, кто поддержал «крымскую весну». В одном из сёл сразу, на месте, бандеровцы расстреляли старшеклассника, который подвозил продукты ополченцам. Тогда уже стала вскрываться правда о концлагерях, где украинские националисты мучили, пытали, унижали. Об этом западная пресса писать не любит. А те немногие СМИ, которые не могут молчать, закрывают, штрафуют, возбуждают уголовные дела против журналистов и правозащитников. Зато очень вольготно чувствуют себя такие, как один беглый политолог. Устроившись в одной из уютных европейских столиц, он сыплет гнусными небылицами о том, как крымчане голосовали под дулами автоматов, как специально привозили избирательную комиссию из Башкортостана, чтобы сфальсифицировать результаты референдума. Любит он развивать и тему нового Нюрнберга в отношении российской элиты. Поносит «тупое одураченное население».

Похоже, у составителей нынешнего списка в рамках 10-го пакета санкций Евросоюза – творческий кризис, переходящий в истерию. Включение в перечень политиков, финансистов, бизнесменов ещё как-то можно объяснить. Но когда в списке мы видим детских омбудсменов, «детского доктора мира» Леонида Рошаля…
Подобные списки давно дискредитировали их составителей и стали частью агрессивной русофобной политики, ставящей своей целью «отменить» Россию целиком. Двойные стандарты налицо: то ЕС упрекает нас за проблемы с правами человека, то включает в санкционные списки правозащитников, журналистов и писателей. Что это, как не пример типичного тоталитарного мышления, стремление подчинить всё и вся единому мнению.
Зарубежных активов у меня нет. Конечно, были мечты побродить по улочкам Рима, посетить любимую солнечную Испанию. Но это, как говорится, личные проблемы. Нас боятся и поэтому сознательно изолируют от зарубежных площадок, где можно было бы выступить, до кого-то достучаться.

А опыт такой был. В 2008 году после того, как мы, группа российских и зарубежных правозащитников, посетили Цхинвал, общались с жителями, пережившими обстрелы и агрессию захватчиков. Затем – площадки ОБСЕ в Варшаве, ООН – в Женеве и Нью-Йорке, Совета Европы – в Страсбурге. Выступления, показ фотографий, видеосвидетельств очевидцев. Встречали без особого восторга. В Варшаве даже была попытка срыва нашего выступления. В 2014 году тот же маршрут после того, как самозваные киевские власти начали обстреливать Донбасс, когда появились жертвы среди мирного населения. Теперь Европу закрыли от нас. Выдавливают в гетто? Повторение пройденного?

Что теперь остаётся: рассылки обращений, выступления в интернете. Трансляция информации через тех, кто ещё не попал в списки и сохраняет мобильность. «...И в вечном сговоре с людьми надежды маленький оркестрик под управлением любви». Будем работать.

Первоисточник: «Литературная газета»