Совет при Президенте Российской Федерации
по развитию гражданского общества и правам человека

Игорь Каляпин призывает максимально широко подходить к созданию национального механизма предотвращения пыток

16 Апреля 2020

Председатель постоянной комиссии СПЧ по гражданскому участию в контроле за работой правоохранительных органов, глава Комитета против пыток Игорь Каляпин поддерживает предложения Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации Татьяны Москальковой о необходимости создания национального механизма выявления и предупреждения пыток, криминализации пыток в отношении заключенных и усиления гражданского контроля за местами лишения свободы, а также отмечает, что к созданию такого механизма необходимо подходить максимально широко. 

По словам правозащитника, и криминализация пыток, и укрепление общественного контроля в этой сфере должны относиться не только к учреждениям ФСИН России, где граждане находятся за решеткой, а ко всем тем местам, где потенциально человек может столкнуться с применением физической силы со стороны человека в погонах, сотрудников правоохранительных органов.

Вместе с тем, по мнению Игоря Каляпина, в реализации механизма предупреждения пыток нужно задействовать не только институт уполномоченного по правам человека, но и широкий круг реально работающих правозащитников - представителей независимых НКО.
 

Игорь Каляпин

Москалькова предлагает создать механизм предотвращения и выявления пыток


Согласен с Татьяной Николаевной по всем пунктам. Однако, с некоторыми оговорками.
Во-первых, относительно "криминализации пыток в отношении заключенных". Возникает вопрос: почему только в отношении заключенных? Чем полицейский, пытающий задержанного в кабинете отдела полиции или ИВС, лучше тюремщика, пытающего заключенного в колонии или СИЗО? На мой взгляд, это преступления совершенно одинаковой тяжести и общественной опасности. Кстати, международное право, в определении пытки, вообще не делает различия между сотрудниками различных государственных ведомств. Международное право использует понятия "агент государства", "лицо выступающее в официальном качестве".

Во-вторых, относительно "усиления гражданского контроля за местами лишения свободы". Это действительно очень важно сделать. Более того, это является необходимым условием эффективности и государственных механизмов защиты прав человека. Как показывает практика, там где существует нормальный гражданский и общественный контроль, там и прокуратура эффективно работает и ведомственный контроль бдит... А если гражданского контроля нет, - прокурорский надзор засыпает, а ведомственный контроль ритмично возвещает одно и тоже: "В Багдаде всё спокойно..."

Только, вот непонятно, почему Татьяна Николаевна говорит об актуальности гражданского контроля применительно только к "местам лишения свободы"? А полицейские КАЗы (КСЗЛы) и ИВСы? А "комнаты разбора" и помещения дежурных частей? Я не согласен с тем, что пытки у нас применяются только в учреждениях ФСИН. Это просто неправда и я берусь доказать это с документами в руках. В связи с этим, наверное логично говорить о "местах принудительного содержания", независимо от того, какого цвета фуражка у охранника такого места.

Ну и в третьих, создание долгожданного "национального превентивного механизма" (НПМ) можно только приветствовать. Но очень хотелось бы надеяться, что этот механизм будет сформирован в регионах не только из региональных омбудсменов и сотрудников их аппаратов. В ряде регионов Уполномоченные по правам человека выполняют только одну функцию - подтанцовки местной власти и правоохранительным органам. Надеюсь, что в структуре создаваемого НПМ найдется место и компетентным представителям независимых НКО.

 

Поделитесь в соцсетях:

© 1993-2020 Совет при Президенте Российской Федерации 
по развитию гражданского общества и правам человека

Ошибка в тексте? Выдели её и нажми:
ctrl + enter