Совет при Президенте Российской Федерации
по развитию гражданского общества и правам человека

Список "100 русофобов года", в котором есть члены СПЧ, признали провокацией c разжиганием вражды и розни

10 Апреля 2017

Список "100 русофобов года" телеканала "Царьград", в котором есть члены Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, журналисты Станислав Кучер и Николай Сванидзе, был признан Общественной коллегией по жалобам на прессу провокацией, включающей механизм разжигания вражды и ненависти и обостряющей синдром "осажденной крепости" (враг и снаружи, и изнутри) в сознании части российского общества, подверженного систематическому воздействию пропаганды.

С жалобой на публикацию такого рейтинга в Коллегию - независимую структуру гражданского общеста, призванную разрешать этические споры, связанные с материалами СМИ - обратился известный российский политик, член партии "Яблоко" Сергей Митрохин.

По его мнению, составление подобных рейтингов провоцирует возможные преследования и физическое насилие в отношении многих указанных людей, а также затрагивает их честь и достоинство. Коллегия с этим согласилась и сочла недопустимым сохранение данной публикации на сайте телеканала. Она также подчеркнула двойную опасность "рейтинга": порождается не только прямая угроза здоровью и безопасности лиц, объявленных "ненавистниками России", но и  угроза общественной безопасности и гражданскому миру в России.

Решение принималось на заседании Коллегии по жалобам на прессу 22 марта с участием заявителя Сергей Митрохина и членов организации Юрия  Казакова (председательствующий), Татьяны Андреевой, Виктора Монахова, Генри Резника, Владимира Ряховского, Григория Томчина, Ильи Шаблинского, Мананы Асламазян, Владимира Познера, Алексея Симонова и Виктора Юкечева.

Список "100 русофобов года" был обнародован на сайте телеканала "Царьград" 25 декабря 2016 года. Согласно преамбуле, в нем представлены самые ярые ненавистники России по версии экспертов и читателей, "как из пятой колонны внутри страны, так и из числа зарубежных". В него вошли писатели Мария Арбатова, Борис Акунин, Виктор Ерофеев, Максим Кантор, поэт Дмитрий Быков, актеры Лия Ахеджакова и Михаил Ефремов, политики Михаил Абызов, Сергей Митрохин, Мария Гайдар, Леонид Гозман, Дмитрий Гудков, Аркадий Дворкович, журналисты Владимир Познер, Станислав Кучер, Николай Сванидзе, Евгения Альбац, Аркадий Бабченко, Алексей Венедиктов и многие другие.

Общественная коллегия по жалобам на прессу - это внекорпоративная структура гражданского общества, рассматривающая споры, касающиеся нарушения норм профессиональной журналистской этики. За десять лет существования она стала реальным механизмом саморегулирования СМИ и равноправным членом Европейского альянса независимых советов по прессе (AIPCE), рассмотрела больше ста информационных споров, издала четыре выпуска "Настольной книги по медийному саморегулированию". Одним из основателей Коллегии и ее сопредседателем с 2005 года является глава Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека Михаил Федотов.


ВИДЕОЗАПИСЬ ЗАСЕДАНИЯ КОЛЛЕГИИ


РЕШЕНИЕ КОЛЛЕГИИ

Извлечение

1. Коллегия не считает уклонение редакции сетевого издания «Царьград» от участия в информационном споре, затрагивающем интересы и права многих тысяч людей, проявлением гражданской, социальной и профессиональной ответственности.

2. Не получив возможности задать представителям редакции сетевого издания «Царьград» вопросы, помогающие установить жанр публикации в оценке самой редакции, Коллегия не может судить о том, относится ли редакцией и её руководством интерактивный конструкт «Топ 100 русофобов 2016» к журналистским (несмотря на его условно безымянное «аналитическое» авторство), - или же редакция зарегистрированного СМИ полагает возможным совмещать профессиональную журналистскую деятельность, «профильную» для СМИ любого направления, не просто с внежурналистской, но с противоречащей основам журналистской профессии и не совместимой с профессиональной этикой журналиста.

3. Допуская возможность существования двух радикально расходящихся ответов на вопрос: является ли оспоренный медиапродукт журналистским по своим основным характеристикам, Коллегия обращает внимание на следующие позиции «мнения эксперта» д. филос.н. проф. С.К. Шайхитдиновой, которая исследовала оспоренную публикацию как журналистский текст:

- Сайт телеканала «Царьград» «объединил в одну «партию» не только людей разных статусов и разного ранга, но и высказывания, относящиеся к различным форматам. Ссылки на них не приведены. Это могут быть и устные кулуарные замечания, и комментарии в социальных сетях, и вырванные из контекста фразы интервью». «Будучи включены в список «ненаших», они получают статус политических заявлений. То, что могло быть случайностью обыденных, обывательских реакций на что-либо тоже случайное, возведено таким образом в «закон», приложено к субъектам высказываний как штамп. Данный шаг можно расценивать как фабрикацию порочащей информации и распространение слухов».

- Осуществлена репутационная дискредитация конкретных людей; «распространение порочащих сведений о них можно расценивать как провокацию». «Положение усугубляется тем, что приведены фотографии субъектов».

- «Фотоиллюстрация с папкой «Дело №» с наручниками и физиономией Сороса представляет собой недвусмысленный намек на «руку Запада» и таким образом завершает «приговор».

3.1. Коллегия соглашается со следующими выводами эксперта:

- «Обозначенные позиции определяются нами как способы конструирования образа врага и разжигания социальной розни»;

- «Сайт «Царьград ТВ» несет моральную ответственность за действия по созданию и усилению общественного напряжения».

3.2. Обращая особое внимание на отмеченную экспертом угрозу «эскалации нетерпимости», Коллегия полагает полезным привести следующее пояснение эксперта, относящееся к сайту телеканала, не зарегистрированному как СМИ, а потому и не подпадающему, по мнению эксперта, под действие Закона РФ «О средствах массовой информации». «В глазах рядового интернет-пользователя, неискушённого в том, к какому виду относится тот или иной источник информации, электронный ресурс с «шапкой» телеканала, получившего федеральную лицензию, есть часть этого телеканала, т.е. СМИ. Таким образом, националистическая идеология, проявляющая себя в списке «ненаших», в глазах обывателя получает какбудто государственную поддержку. Вредоносные последствия данного манипулятивного «мероприятия» остаются на совести и тех, кто руководствовался «благими намерениями», и тех, кого можно причислить к расчетливым медиатехнологам».

4. Присоединяясь к оценкам своего эксперта, но не углубляясь в вопросы правоприменения, находящиеся за пределами компетенции российского органа само- и сорегулирования в сфере массовой информации, Коллегия предваряет свои итоговые выводы по изученной спорной публикации выводом промежуточным, исходящим из упомянутого выше допущения о «возможно журналистской» природе оспоренного медиатекста.

 Коллегия полагает, что сказанного экспертом достаточно, чтобы отнести оспоренный текст, в случае его «журналистского» прочтения к медиакратическим. Называя вещи своими именами – к неприемлемым для СМИ в демократическом обществе в силу несовместимости заложенных в него исходных установок (представлений о «праве» редакций СМИ и журналистов, по сути, подменять органы власти и общественные институты: манипулируя умонастроениями граждан задавать определенную «повестку дня» обществу, определять «национальные интересы», вершить суд и назначать кару за объявляемое расходящимся с такими «интересами», и т.д.) с ценностями, принципами, представлениями о миссиях и функциях журналистики, со стандартами журналистской профессии, нормами и правилами поведения журналиста.

5. Исходя из сказанного, Коллегия снимает сделанное выше допущение: тем более, что оспоренный медиапродукт (конструкт с признаками интерактивности) при ближайшем рассмотрении обнаруживается не журналистским по структуре, содержанию, направленности, по очевидно предзаданным целям его изготовителей и распространителей.

Коллегия находит, что медийный продукт, доступная обозрению часть стоящего за ним медийного проекта, изначально является пропагандистским по характеру, имеющим выраженные черты политической пропаганды с признаками «языка вражды».

5.1. Отграничивая журналистские материалы от материалов пропагандистских, Коллегия напоминает: пропагандист не руководствуется профессиональной этикой и не оглядывается на журналистские стандарты в принципе. Политический пропагандист представляет – всегда, в том числе и размещая свой продукт в пространстве закреплённом за журналистикой и журналистом, - другую специальность, базовым постулатом которой неизменно обнаруживается морально запретный для журналистики слоган: «цель оправдывает средства».

6. Коллегия напоминает, что к системным признакам политической пропаганды, использующей «язык вражды», она, начиная со своего решения №98, относит, в частности:

- «объектное» отношение «пропагандиста» к субъекту, конкретному человеку, общественной группе, обществу;

- целенаправленное сведение многомерного к двумерному, цветного к черно-белому;

- наличие четкой, подлежащей реализации цели как ожидаемого итога воздействия на «объект», - с определенным изменением (или поддержанием) «картины мира» в его сознании; в идеале - с переведением «наведенного» убеждения в поступок и образ действий;

- целевой, работающий на жесткий «сценарий» отбор фактов, активное обращение к дезинформации, там, где это представляется полезным и возможным, манипулирование фактами, статистическими данными, мнениями, включая экспертные, или сдвиг акцентовтам, где прямая дезинформация представляется «непроходной»;

- действие в логике «цель оправдывает средства»; использование средств и методов, сплошь и рядом несовместимых с такими ценностями, как честность, правдивость и т.д.

- присутствие (обнаружение, создание, доработка) «образа врага»; внесение в массовое сознание и поддержание в нём разделения на «мы» (правильные, с истинными ценностями, с настоящей правдой) и «они»: с отрицательным набором по тем же позициям. (Предельно четкое разделение встречается обычно в пропаганде «лобовой», ориентированной на достаточно примитивного адресата усилий пропагандиста.);

- формирование убеждения в моральной оправданности любого поступка по отношению к «врагу», в том числе – «внутреннему врагу», в том числе – врагу потенциальному, в том числе – к лицу, недостаточно лояльному по отношению к государственным институтам, конкретным носителям власти, идеям или ценностям, прокламируемым в качестве соответствующих государственным интересам и национальным традициям.

- повседневное убеждение, повторяющаяся последовательность вбрасываемых в обсуждение тем, примеров, образов; как правило – апелляция к традиционным ценностям как к единственным устойчивым в неустойчивом мире, а потому и самым «главным» в иерархии ценностей;

- апелляцию преимущественно к эмоциям, к чувствам, а не разуму,

- игру на страхах, предубеждениях, фантомных болях; активное использование историй о злодеяниях и зверствах; широко распространённый рабочий приём – сообщение о жестокости, насилиях.

- работу «под прикрытием журналистики», стремление играть или выполнять роль первичного источника новостей;

- формирование СМК-моделей, включая модели поведения, конструирование ситуаций, подлежащих обсуждению, сосредоточение внимания - с перенесением его из зон, уводимых при этом в тень, - на специально создаваемых конструктах, виртуальных реальностях;

- фабрикацию признаков надежности, в том числе, источников информации;

- формирование лояльности адресата пропагандистского воздействия к системе институтов и идей, которым служит пропагандист»

6.1. Коллегия предлагает всем адресатам своего решения, заинтересованным в доверии гражданина к журналисту и общества к СМИ, самостоятельно проверить текст, оспоренный заявителем, на соответствие приведённым признакам политической пропаганды.

7. Определившись с характером оспоренного медиатекста (пропаганда, не журналистика), Коллегия делает следующие выводы:

- Составление и публикация списка «самых ярых ненавистников России», «рейтинга 100 самых лютых русофобов» носили характер политической провокации, не имеющей ничего общего с «преувеличением или даже провокацией», допустимыми в ситуациях выраженного «общественного интереса» для журналиста.

- Обращение к ярлыкам «русофоб» («лютый русофоб»), «ярый ненавистник России» - чёткий признак формирования «образа врага» (как внутреннего, подкреплённого ссылкой на «пятую колонну»), так и внешнего. За появлением этого признака в СМИ неизменно обнаруживается акт включения механизмов разжигания вражды и ненависти, способ поддержания уровня направленной агрессии и настройка инструментов её канализации;

- Подготовка списка «ненавистников России», состоящего как из внутренних, так и из внешних врагов – не просто страховка, способ уйти от возможных обвинений в разжигании ненависти либо вражды как действии, направленном против «группы лиц», отобранной по определенным признакам, но также и простейший способ поддержания и обострения синдрома «осаждённой крепости» (враг и снаружи, и изнутри) в сознании определенной части российского общества, подверженного систематическому воздействию пропаганды известного рода, в том числе, отнюдь не в маргинальных СМИ.

- Моральную ответственность за формирование «списка», за его опубликование и сохранении на сайте в активном режиме, за поддержание и наращивание заряда вражды и ненависти к людям, без суда и следствия, сугубо произвольно объявляемым «лютыми ненавистниками России» несут редакция сетевого издания «Царьград» и её главный редактор.

- Публикация фотографий лиц, объявленных авторами медийного конструкта «ненавистниками России», безусловно, создаёт прямую угрозу здоровью, безопасности, жизни, как минимум, российских «фигурантов» черного политического списка

- Реализация проекта, стержнем которого обнаруживается медийный конструкт «Топ-100 русофобов 2016», привлечение к ежедневному (еженедельному, ежемесячному) голосованию по определению «русофоба дня» (недели, месяца) может рассматриваться как массированное вовлечение конкретным СМИ десятков тысяч российских граждан (и не только в возрасте «18+») в политическую по смыслу и содержанию кампанию, направленную на разжигание ненависти и вражды одних российских граждан по отношению к другим российским гражданам, отобранным в «список» по принципу иного, чем у создателей проекта и медийного конструкта, образа мыслей, иного представления о ценностях, правах и свободах, определяющих поведение человека и гражданина.

- Заведомо манипулятивная (с обратной связью, отражённой в объявляемых результатах голосований) медийная публикация, основным содержанием которой обнаруживается направленное воздействие на массовое сознание, представляет собой реальную угрозу общественной безопасности и гражданскому миру в России.

8. Коллегия безусловно поддерживает основные оценки и выводы заявителя и считает недопустимым сохранение данной публикации на сайте сетевого издания «Царьград»

9. Коллегия направляет копию настоящего решения в Роскомнадзор.

10. Коллегия освобождает заявителя от обязательства не использовать настоящее решение для продолжения данного информационного спора в судебном, ином правовом или административном порядке.

 Полный текст

Поделитесь в соцсетях:

© 1993-2017 Совет при Президенте Российской Федерации 
по развитию гражданского общества и правам человека

Ошибка в тексте? Выдели её и нажми:
ctrl + enter