Совет при Президенте Российской Федерации
по развитию гражданского общества и правам человека

Костанов Юрий Артемович
Председатель президиума Московской коллегии адвокатов «Адвокатское партнёрство»

Пресекательный срок для сплошной кассации. Критический взгляд на предложение ВС РФ

  • Опубликовано 30 Июня 2020
  • 127 просмотров

Статья опубликована в журнале "Уголовный процесс" №7, 2020
 

В ЭТОЙ СТАТЬЕ:

  • Почему введение пресекательного срока для сплошной кассации не соответствует Конституции РФ и ухудшит ситуацию с исправлением судебных ошибок

В февральском номере журнал опубликовал интервью заведующего кафедрой уголовного процесса, правосудия и прокурорского надзора юридического факультета МГУ профессора Леонида Головко[1]. Ученый одобрил внесённый ВС РФ в Государственную думу в конце декабря прошлого года законопроект, который предусматривает ограничение двухмесячным сроком права на обжалование вступивших в законную силу приговоров в прядке «сплошной» кассации [2]. Попробуем разобраться почему, установление ограничительного срока негативно скажется на практике.

[1] См. «Справедливость выше любых теоретических установок» // Уголовный процесс №2, 2020 с.32-41/

[2] Законопроект «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (в части установления срока обжалования итогового судебного решения по уголовному делу в порядке сплошной кассации) (№  863554–7). Внесен в Госдуму постановлением Пленума ВС РФ от 10.12.2019 № 54. На момент подписания номер в печать Госдума не определила дату рассмотрения законопроекта во втором чтении.

Сейчас УПК не ограничивает кассационное обжалование по уголовным делам какими бы то ни было сроками. Годичный срок предусмотрен только для обжалования, направленного на ухудшение положения осужденного. Напомним, что в 2014 году в УПК была включена норма о запрете подачи жалоб на вступившие в законную силу приговоры по истечении одного года со дня вступления приговора в силу[3]. Этот запрет в том же году отменил Конституционный Суд РФ, как противоречащий конституционной задаче по обеспечению защиты прав человека и гражданина. Во внесенном законопроекте ВС РФ вновь предлагает установить такой срок, причём ограничить его двумя месяцами со дня вступления оспариваемого приговора в силу.

[3] Федеральный закон от 31.12.2014 № 518-ФЗ // pravo.gov.ru

 

Позиция ВС РФ

ВС РФ обосновывает свое предложение об установлении пресекательного срока на кассационное обжалование тем, что  введение в уголовном судопроизводстве порядка сплошной кассации эта стадия процесса утрачивает характер исключительной и, «приобретая фактически черты ординарной проверочной стадии, что также предполагает (как это имеет место в апелляционном производстве) необходимость установления в законе срока для подачи кассационных жалобы, представления».  Далее ВС РФ указывает, что «ограничение определенным сроком возможности обжалования итогового судебного решения по уголовному делу по правилам сплошной кассации решает одновременно несколько важных задач - упорядочивания процедуры кассационного производства, соблюдения разумных сроков судопроизводства и оперативного восстановления нарушенного права. Кроме того, исключение многократного пересмотра одного и того же уголовного дела в суде кассационной инстанции позволит избежать проблем, связанных с организацией и проведением нескольких судебных заседаний по одному и тому же делу, а также с исполнением принятых по их итогам судебных решений». 

 

Позиция ученого

Соглашаясь с аргументами ВС РФ, профессор Л.В Головко указал, что введение сплошной кассации является ошибочным шагом. Кассационное рассмотрение дела должно быть близким по времени  к апелляционному и приговор не должен вступать в законную силу (и, соответственно, не должен быть обращён к исполнению) до того как будет окончательно признан законным в кассационном порядке.  Иное, по его мнению,   влечёт затягивание и удорожание процесса, поскольку усложняет решение вопросов, связанных с участием осуждённого в кассационном заседании, затрудняет соблюдение прав осуждённого. Кроме того Л.В. Головко считает, что серьёзным просчётом является существование в нашем уголовном процессе «двойной» кассации.  Далее положительно оценивая  законопроект ВС РФ Л.В. Головко, ссылался на «классическую теорию обжалования» и привёл в качестве примера правопорядкеи Германии и Франции. «Двойная» кассация, по его мнению, «это тоже нонсенс, двух кассаций не бывает нигде». «Тоже»  по контексту означает, что в число нонсенсов «двойная» кассация попала наряду с принятым у нас порядком, при котором апелляция и кассация не сливаются во времени и приговор вступает в силу и исполнять его начинают, не дожидаясь результатов кассации, которая может и не состояться, если не будет кассационных жалоб или представлений.

Однако в пояснительной записке ВС РФ не объясняет, почему введение сплошной кассации непременно требует установления ограниченных сроков на подачу кассационных жалоб. Более того, нет ответа на вопрос, каким образом ограничение во времени действий заявителя по подготовке и подаче жалобы, может ускорить действия суда по проверке дела и вынесению решения для  оперативного восстановления чьих-то нарушенных прав.

 

Критические замечания на доводы ВС РФ

Представляется, что обозначенные ВС РФ задачи не могут служить основанием для установления ограниченного срока на кассационное обжалование. Предлагаемое ограничение срока фактически является ограничением  конституционного права на судебную защиту и на пересмотр уголовного дела вышестоящим судом. Предложение ограничить срок обжалования 2 месяцами, противоречит Конституции и не обладает свойствами, которые могут способствовать устранению недостатков процедуры кассационного обжалования незаконных судебных актов.

Во-первых, чтобы оперативно восстановить нарушенные права необходимо добиться оперативного выявления и устранения судебных ошибок. Это требует не искусственного прекращения доступа заинтересованных лиц к судам, а ускорения производства в судах и прокуратуре, как органе, правомочном на внесение кассационных представлений.

Установление срока на подачу кассационной жалобы (представления) по правилам сплошной кассации явно противоречит целям кассации (и выборочной и сплошной), которые требуют полного и всестороннего изучения материалов дела. Объём уголовных дел, время, необходимое на их изучение, сложность правовой ситуации и выявления допущенных нарушений закона, подготовка кассационной жалобы (представления) в каждом случае индивидуальны и их нельзя определить заранее.  Подготовка кассационных жалоб и представлений может занять значительно больше двух месяцев. Особенно, если принять во внимание существенно возросший объём уголовных дел - до нескольких десятков, а не редко и нескольких сотен томов.

Во-вторых, нельзя упростить процедуру кассационного обжалования в порядке сплошной кассации, ограничив срока на подачу жалобы, если сохраняется выборочная кассации. Упорядочить процедуру обжалования можно, если упразднить выборочную кассацию – процедуру, которая наделяет единолично изучающего жалобу судью полномочиями судебного присутствия без соблюдения процессуальных гарантий.  В частности, таких гарантий, как состязательность и возможность реализовать право на отвод судьи. Напомню, что в соответствии с законопроектом выборочная кассация представляет собой резервный вариант для случаев отказа в принятии кассационной жалобы (представления) на рассмотрение в порядке сплошной кассации в связи  с пропуском срока.

В-третьих, кассационный (как и надзорный) порядок пересмотра уголовных дел считаются исключительными стадиями уголовного процесса не потому, что исправление судебных ошибок происходит в исключительных случаях, а потому, что исключительными должны быть случаи  вступления в законную силу незаконных судебных решений. Исправить судебную ошибку необходимо каждый раз, когда суд ее обнаружит, а не в порядке исключения, как это не редко происходит сегодня. Если сегодня кассационный пересмотр дел стал настолько массовым, что утрачивает исключительный характер, то причиной этому – обыденность грубых  нарушений закона, которые допускают суды первой и апелляционной инстанций.

В-четвёртых, предложение ограничить срок кассационного обжалования, по истечении которого нельзя обжаловать незаконные и несправедливые судебные решения, делает невозможным их отмену либо изменение, лишает незаконно осуждённых надежды добиваться восстановления своих прав. Требование соблюдать срок подачи жалобы на вступивший в законную силу судебный акт не сочетается с задачей соблюдения прав осужденного, особенно того, который находится под стражей и испытывает все тяготы тюремного заключения.

 

Текущая ситуация и примеры

Чтобы не показаться голословным и продемонстрировать справедливость указанных выше критических замечаний, обратимся с реалиям практики и приведем примеры, которые показывают, что двух месяцев на кассационное обжалование не хватает.

На сегодня осуждённые, их защитники, другие участники дела, которые вправе оспаривать вступившие в силу приговоры, вынуждены в попытках  добиться законного решения по делу пройти по всей «лестнице обжалования» вплоть до председателя ВС РФ. При этом далеко не всегда им удаётся получить адекватный ответ на своё обращение. Большой поток кассационных жалоб – это результат принятия судами всех уровней и инстанций изначально необоснованных и незаконных решений. Следователи, прокуроры и судьи, допустившие нарушения законов, не устранённые судами апелляционной и кассационной инстанций, остаются убеждёнными  в правильности своих действий. Это приводит  к стабильности и распространённости порочной практики, влечёт обращение адвокатов и других субъектов обжалования в международные структуры, а также  использование ими непроцессуальных способов обращения за судебной защитой права на обжалование - привлечение к делу общественного внимания путём обращения к средствам массовой информации, к депутатам различных уровней и т. п.

 Предложение об установлении в законе ограничительного срока на подачу кассационных жалоб сделано без учёта того, что в судебной практике, в том числе и ВС РФ,  пересмотр приговоров и иных вступивших в силу судебных решений происходит по истечении длительного  срока. Единичные примеры из судебной практики обычно не принято считать аргументом в теоретическом споре. Дело, однако, в том, что примеры  исправления судебных ошибок спустя длительное время после того как они были допущены судами, далеко не единичны.

 Именно с таким случаем необоснованных отказов в удовлетворении своих обращений в порядке выборочной кассации столкнулся московский адвокат Михаил Бурмистров, который обжаловал в Тверской районный суд Москвы действия следователя по особо важным делам Следственного департамента МВД России, не ознакомившего его с составом следственной группы и начальника отдела того же департамента, вынесшего постановление об отводе Бурмистрова как защитника по одному из находящихся в их производстве уголовных дел и исключении его  из состава защитников по этому делу. Он вынужден был пройти по «лестнице обжалования» весь путь до конца. После необоснованных отказов в удовлетворении жалобы судом первой инстанции, отказа в удовлетворении апелляционной жалобы в Мосгорсуде и кассационных жалоб судьями Мосгорсуда, судебной коллегии Верховного суда жалоба была подана на имя председателя Верховного суда РФ. При этом жалоба не попала в главе ВС РФ, а была ее дважды вернули судьи ВС РФ. Только после того как в СМИ опубликовали «Открытое письмо» председателю ВС РФ с описанием этих «передвижений без продвижения» жалобы, она была, удовлетворена.

Таким образом, защитнику понадобилась два года, что суды признали его правоту. Но многолетних ошибок и нарушений можно продолжить. Второй кассационный суд общей юрисдикции постановление от 25.12.2019  по представлению прокурора отменил приговор с прекращением уголовного дела и признанием за ней права на реабилитацию в отношении Татьяны Щипковой. В 1980 году, то есть 39 лет назад, ее  осудили за хулиганство,  которого она не совершала. В 2010 году Президиум ВС РФ пересмотрел дело осуждённого в 1942 году Чванина.  Президиум Московского городского суда в 2019 году прекратил уголовное дела дело осуждённого в 2003 году Кульбакина. Заместитель Генерального прокурора РФ внес в Президиум ВС РФ кассационное представление по делу Певзнера. В итоге были отменены решения Выборского городского и Ленинградского областного судов о конфискации признанной орудием контрабанды картины Карла Брюллова, вынесенных в 2013 году.

Этот мартиролог правосудию можно продолжать долго.

Конечно, ускорение судопроизводства, желательно, однако, не путём установления пресекательных сроков на обжалование незаконных приговоров. Установление пресекательного срока на кассационное обжалование приговоров означает заботу о стабильности именно незаконных обвинительных приговоров, так как обжалование незаконных оправдательных (либо несправедливо мягких) приговоров и по действующему законодательству ограничено годичным сроком. Таким образом, беда отечественного правосудия не в появлении сплошной и двойной кассации, и не в том, что приговоры обращаются к исполнению раньше кассационного их пересмотра. Беда в том, что вступают в законную силу приговоры незаконные, необоснованные и потому несправедливые. А добиться их пересмотра оказывается чрезвычайно трудно, а нередко вообще невозможно.

 

Аргументы за право на свободу обжалования и сплошной порядок пересмотра

Особого внимания заслуживает высказанное в интервью журналу профессором Л.В. Головко предложение отказаться от двойной кассации, возможно соединении ее с надзором. Как отметил ученый, «надзор существует как экстраординарный способ исправления ошибок. Когда действительно  мы понимаем, что система не сработала, и вдруг стало известно, может быть спустя годы, что совершена судебная ошибка, осуждён невиновный. Тогда нет никаких сроков, но нет и свободы обжалования и сплошного пересмотра и т. п.»  

Для начала необходимо определиться, что имеется в виду под сплошным пересмотром без свободы обжалования. До сих пор «классической теорией обжалования» признавалось, что любой, кто считал свои права нарушенными, лично или  через своего представителя (адвоката, иного защитника и т.п.) мог обжаловать нарушение.  Необжалуемые приговоры были повседневной практикой органов внесудебной репрессии.

Правосудие современной России восприняло международную правовую норму, предусматривающую право каждого осуждённого на пересмотр его дела вышестоящим судом. Хотелось бы также понять, откуда «вдруг»  и кому станет известно о судебной ошибке, если свобода обжалования отсутствует?   «Вторая кассация» на практике бывает после длительного процесса обжалования, неоднократных попыток прорваться сквозь заслоны непонимания и немотивированных отказов. После попыток понять, почему по аналогичной правовой ситуации одно дело пересматривается Верховным судом, а десятки других таких же – нет. И это квинтэссенция «выборочной» кассации.

Свою долю в торжество неэффективности института кассации внёс и законодатель, который долгие годы признавал только выборочный порядок отбора кассационных жалоб. Наряду с отсеиванием жалоб по принципу их формальной неприемлемости, единолично изучавший жалобу судья имел право отказать в принятии жалобы без её рассмотрения.

Трудно согласится и с возражением Л.В. Головко против «сплошного пересмотра». Сплошная кассация означает надлежащее, т.е. прежде всего органом, наделённым правом решить поставленные в жалобе вопросы, а не необладающим такими полномочиями единолично судьёй. Причём пересмотр именно обжалованных приговоров, а не всех подряд.

 

Положительные результаты создания кассационных судов

Насколько целесообразно  сокращение числа судебных инстанций, наделённых контрольными функциями? Вряд ли кто-то возразит тому, что  цель правосудия – обеспечить справедливое разрешение возникающих в обществе конфликтов, что неизбежно связано с необходимостью принятия решений об ограничении прав и свобод человека. Эта особенность правосудия требует тщательного контроля за правоприменением. Поэтому уменьшать число ступеней в «лестнице обжалования» вряд ли нужно. Когда это происходит по каким-либо причинам, то негативные последствия такого шага бывают весьма серьёзны, хотя и не всегда ощутимы без специальных исследований.  В период его существования Верховный суд СССР был «дополнительной ступенькой» лестницы обжалования. Пленум ВС СССР исправил не мало судебных ошибок, допущенных и пропущенных судами союзных республик. Вряд ли можно считать, что  прекращение надзорной деятельности ВС СССР положительно сказалось на российском правосудии.

У российской кассации были две главные болезни: негативное влияние местных интересов и принятие недостаточно мотивированных решений об отказе в удовлетворении   жалоб  судьями при единоличном изучении этих жалоб.  Создание  экстерриториальных кассационных судов общей юрисдикции существенно ослабило возможность влиять на принимаемые этими судами решения в местных интересах. 

Вторая болезнь – необоснованный отказ в передаче жалоб на рассмотрение в судебном заседании. Эта практику также удалось преодолеть в результате введения сплошной кассации. Но в этой бочке мёда есть и ложка дёгтя. В ст.401.10  УПК указано, что судья по результатам изучения жалобы выносит постановление о назначении дела к слушанию в судебном заседании суда кассационной инстанции, либо об отказе в передаче жалобы на рассмотрение в судебном заседании. В то же время в ст.ст. 401.2 – 401.4 УПК, регулирующих порядок подачи кассационных жалоб, и ст. 401.5 УПК, содержащей исчерпывающий перечень оснований для их возвращения без рассмотрения, такое основание для отказа не предусмотрено. В кассационных судах не могут работать судьями  пересевшие в судейское кресло прямо со студенческой скамьи вчерашние студенты. Судьи, которые в течение десятилетий истолковывают формулу «при отсутствии оснований для пересмотра»,  как неприемлемость кассационной жалобы, не только по форме, но и по существу, будут, скорее всего, и сейчас толковать таким же образом, как они это делали раньше. В итоге выборочная кассация не скоро уступит своё место сплошной.

Целью правосудия является не скорость и простота процедуры, а обоснованность, законность и справедливость принимаемых судами решений. Введение сплошной кассации повышает  эффективность функционирования механизма устранения судебных ошибок. Ограничение права осуждённых, их защитников и других заинтересованных лиц на подачу кассационных жалоб по правилам сплошной кассации по уголовным делам противоречит Конституции, а именно ч.1 ст.46 и ч.2 ст.55. Такое ограничение не что иное, как отказ в правосудии и ограничивает право граждан на судебную защиту на этой стадии судопроизводства, нарушает конституционный  запрет на издание законов, отменяющих или умаляющих права и свободы человека и гражданина.

 


Социальные комментарии Cackle

© 1993-2020 Совет при Президенте Российской Федерации 
по развитию гражданского общества и правам человека

Ошибка в тексте? Выдели её и нажми:
ctrl + enter